Снова о возмещении расходов на ГСМ при поездках
на своем автомобиле и возможности инвалютных
цен во внутриукраинских договорах
В консультации от 02.01.2007 г. мы уже обращали внимание на ряд проблем, связанных с письмами, направляемыми не всем сразу, а в адрес отдельных (спросивших) плательщиков.
У подобных разъяснений (кстати, совсем не обязательно налоговых) есть и еще одно неприятное свойство: их можно “правильно понять, если они “подаются” в отрыве от вопросов, на которые отвечают. Разъяснятели, как бы обидевшись на судьбу, заставляющую их заниматься одиночными выстрелами вместо широкомасштабной (обобщающей) пальбы из автомата Калашникова, порой демонстрируют желание оставить после себя выжженную землю абсолютно независимо от орудия разъяснения.
Данный способ заморачивания голов (ответ тете запутает дядю, естественно, не знающего, что она спрашивала) - уже более высокий пилотаж, нежели былая тактика отказов посредством ссылки не на тот фрагмент законодательства, где содержится разрешение.
Скажем, раньше, желая похоронить право груш считаться расцветавшими, достаточно было просто вместо ссылки на “Расцветали яблони и груши” сослаться на “В лесу родилась елочка”, где такое расцветание и в самом деле не предусмотрено. Теперь же налоговики найдут (в крайнем случае сочинят сами) запрос с вопросом, действительно ли расцветали яблони, громко и правильно на него ответят (да, мол, действительно, яблони расцветали), но вопрос при этом не приведут, из-за чего у всех (кроме спросившего, если он был) сложится впечатление, что, видимо, с грушами все сложнее, неспроста ведь о них в разъяснении ничего не сказано.
Так вот, “мудрость” эту освоили уже и другие госорганы. Причем они-то применяют ее без разбору и злого умысла - просто забывая о том, что ясное с учетом вопроса может без него обрести совсем иной смысл.
Остановимся лишь на двух - весьма показательных в этом плане - ответах финансово-экономических министерств на частные вопросы (правда, в данном случае - вместе с вопросами, но тут уж - как получится, и за другие публикации такого же добра ручаться сложно).
Итак, у Минфина спросили, правомерно ли направление работника в командировку на его собственном автомобиле, если с ним (с работником, а не автомобилем) заключен договор аренды у него этого автомобиля предприятием.*
Положительный ответ, приравнявший такой автомобиль к служебному и подтвердивший испрашиваемую правомерность (с правом на бесподоходное возмещение и хотя бы 50 %-ную валовозатратность расходов на ГСМ и пр.), наверняка удовлетворил спросившего, но вот остальным омрачил жизнь тем, что вообще-то (согласно данному ответу) все, связанное с частным автомобилем, в расходы на командировку не включается, а исключение для аренды описано в самом конце, походя и не совсем понятно:
“В случае использования в командировке автомобиля, с владельцем которого заключен договор аренды, то есть в данном случае служебного...”.
То есть без малейшего указания на то, что этим владельцем-арендодателем как раз и может быть тот самый командированный! (Сие известно лишь тому, кто в курсе заданного вопроса.) То есть ответ как-то чересчур разделяет “владеющего” и “использующего”.
В результате - у не очень решительного и слегка туповатого зайца вполне может создаться впечатление, будто речь идет о “мерсе” директора, ставшем в результате типа аренды “служебным”, но который в командировку хрен дадут, а возможное распространение подобного почетного статуса на “Антилопу-Гну” простого смертного, куда-то посланного, столь очевидно уже не просматривается.
Он, простой, не являясь гением понимания естественных для Минфина конструкций, может лишь горевать, что ездил не на “служебном”, и даже не подозревать возможного имения в виду его собственного автомобиля под этим словом - лишь бы с ним, горемычным, соблаговолили заключить договор аренды (с участием в этом процессе и ГАИ, и нотариуса), причем аренды, видимо, небезвозмездной, и утвердить маршрут передвижения на новоявленной “служебке” в приказе руководителя.
Дело, стало быть, не в том, что он рылом не вышел и что владельцем “служебки” может быть лишь владелец фирмы, а всего-то в отсутствии правильно оформленных бумажек, каковое и обусловило весь пафос отказа, с которого начали разрешение.
И хотя, строго говоря, использование “автомобиля, с владельцем которого...” этим самым владельцем - есть частный случай упомянутого использования арендованного авто, предшествующие в письме запреты (в том числе даже зачем-то приведенный запрет бюджетникам) создают впечатление некой редкой исключительности использования “служебных” автомобилей (арендованных у некоего владельца) и уводят мысли простодушного читателя в совершенно ином направлении.
Ну кто еще является обычно арендодателем легковой машины своей фирме, как не первый (в смысле - главный и единственный) ее руководитель? Какой там еще “частный случай - Федя”?
Или вообще ничего не возместят, или возместят, но обложат НДФЛ, - вот и всё Федино счастье...
А ведь хотели, возможно, по-доброму: рядовому подотчетнику из простонародного плебса кататься можно не только на своем, но и на шефовом! Однако понятно это, если знать историю вопроса/ответа. Если же не знать и не читать между строк, то похожее на разрешение становится очень похожим на отказ.
Теперь - о другом письме, которое, если иметь в виду существо вопроса, в принципе опять же является правильным. Речь об ответе из Минэкономики, сославшегося на Гражданский, а не на Хозяйственный кодекс в обоснование своего разрешения устанавливать даже во внутриукраинских договорах между юрлицами и физпотребителями инвалютные цены.
Да, запрещающий такие цены ХК касается только договоров между юрлицами (включая сюда за компанию и предпринимателей) - без участия потребителей (просто физ), поскольку эти последние (не будучи ни субъектами хозяйствования, ни, юрлицами) подпадают под ХК только в публичных (связанных не с договорами, а с интересами общества) правоотношениях. Стало быть, “хозяйственное” табу на $, евро и прочее договоров с людьми и в самом деле не касается (в связи с чем вопрос последствий возможного признания договора из-за “не таких” цен недействительным правомерно не рассматривался).
И только в этом контексте (понятном, если знать вопрос), а не как обобщение следует понимать “широкую” фразу из ответа насчет... нерегулируемости Хозяйственным кодексом имущественных и личных неимущественных отношений, в частности - правоотношений между потребителями и юрлицами! Ибо, вообще говоря, ХК такие отношения все же регулирует (когда они носят чисто “юридически-публичный” характер) - просто в данном случае это было не так важно.
Однако при возможном отрыве ответа от вопроса (а мало ли о чем спрашивали помимо цен?) создается впечатление резкого сужения сферы действия ХК - “в пользу” ГК, что имело бы достаточно революционные последствия. Здесь даже не важно, “хорошие” или “плохие”: все, что неправильно, плохо по-любому.
(С другой стороны, ущербность непозволительного обобщения заставляет того, кто не очень в курсе дела, усомниться и в качестве/правильности самого вывода насчет допустимости во внутренних договорах юр- с физ- негривневых цен.)
Поскольку советовать что-то “писателям” мы считаем пустой тратой времени, то посоветуем читателям. Помните: в ответах важна не только буква, но и дух, а его - не зная вопроса и расположения этом вопросе слов - можно не так уловить (и не то унюхать).
Может, и полезно знать, что 2 х 2 = 11, но тогда уж желательно быть в курсе, что спрашивали про троичную систему исчисления. А то в ответе про такую мелочь могут и позабыть...
__________________________
* Формально вопросов было два, но об одном и том же. Минфин все понял правильно и рассматривал в целом “затронутый вопрос”.
“Бухгалтер” № 5, февраль (I) 2007 г.
Подписной индекс 74201