Частная собственность превыше всего
(Начало. Часть II см. в консультации от 06.08.2007 г.)
С легкой руки Карла Маркса на просторах бывшего Советского Союза широкое распространение получило изречение “мертвый хватает живого” (Le mort saisit le vif), которое многие журналисты, писатели и публицисты употребляют в производной форме: “мертвые хватают живых”. Смысл выражения в том, что инерция устаревших предубеждений и предрассудков мешает взглянуть на вещи, на изменившиеся реалии по-новому (хотя изначально это была максима старого французского наследственного права: “Умерший вводит во владение живого” или “Живой овладевает посредством умершего”, приведенная в трактате старофранцузского правоведа Ш. Луазо в 1610 году).
Это выражение полностью применимо к нашему восприятию института прописки, который отменен в конце 2003 года (Закон Украины от 11.12.2003 г. № 1382-IV “О свободе передвижения и свободном выборе места проживания в Украине” (далее - Закон № 1382)). До сих пор тень института прописки пугает риэлтеров и покупателей недвижимости. В перечне “подводных камней” в деле купли-продажи недвижимости приводят и такой аргумент: если после покупки выяснится, что кто-то не выписался, то вы не сможете стать полноценным собственником приобретенной недвижимости. Имеется в виду, что потом практически невозможно “выписать” (в смысле выселить) нежданного “наследника” из купленного жилья.
В таких опасениях, безусловно, есть резон. Однако за последние пятнадцать лет довольно существенно изменилось законодательство и правосознание если не всех людей, то, как минимум, многих юристов (адвокатов, нотариусов, судей, работников МВД и т. д.), о чем свидетельствует и судебная практика. Сегодня прописка (теперь более правильно говорить - регистрация) вовсе не является тем, чем она была еще недавно. Это по причине отрицания частной собственности на жилье во времена СССР “прописка” превратилась в некий аналог права собственности (мол, если прописан в такой-то квартире, значит, фактически ты ею и владеешь, хотя формально считается, что ты лишь съемщик жилплощади в государственном жилищном фонде).
Сегодня регистрация по тому или иному адресу вовсе не влечет за собой приобретение права собственности на то или иное жилое помещение. Но обо всем по порядку.
Кесарю - кесарево, а Божие - Богу
Используя старые понятия, можно сказать, что приблизительно с 1991 года в Украине стало формироваться “буржуазное” законодательство. Сущность его состоит в том, что отношения между людьми стали регулироваться все более многочисленными и все более подробными законами и подзаконными актами. С этого времени происходит процесс правового “дробления” и разделения многих отношений между людьми (своеобразная правовая локализация с целью максимально полного урегулирования конкретных прав и обязанностей людей). Так, институт регистрации места проживания теперь “вырастает” из ст. 33 Конституции Украины (“Каждому, кто на законных основаниях пребывает на территории Украины, гарантируется свобода передвижения, свободный выбор места проживания, право свободно покидать территорию Украины, за исключением ограничений, которые устанавливаются законом”). Через посредство Закона № 1382 институт регистрации становится чем-то производным от конституционных прав, свобод и обязанностей человека и гражданина.
В то же время жилищные отношения продолжает регулировать еще советский Жилищный кодекс Украинской ССР (далее - ЖКУ), правда, получивший существенные изменения уже “буржуазного” характера.
Наконец отношения собственности, относящиеся к гражданско-правовым отношениям, регулируются сначала Законом Украины от 07.02.1991 г. № 697-ХІІ “О собственности”, а затем третьей книгой “Право собственности и иные вещные права” Гражданского кодекса Украины.
Упрощенно говоря, институт регистрации существует “сам по себе”, жилищные отношения (в правовом смысле) - “сами по себе”, а отношения собственности - “сами по себе”. Хотя в действительности все эти виды правоотношений тесно примыкают друг к другу и даже переплетаются друг с другом (например, собственник приобретенного жилья одновременно получает и право зарегистрировать его в качестве места своего проживания).
В то же время, как уже было сказано, факт регистрации какого-либо жилья в качестве места проживания вовсе не влечет за собой права собственности на него. Вот такое действующее законодательство: если в математике от перемены мест слагаемых сумма не меняется, то в юриспруденции “перемена мест слагаемых” может изменить и “сумму” (правовой статус).
Почему регистрация не влечет права собственности
В самом деле, не ошибаемся ли мы, относя институт регистрации места проживания к некой особой отрасли права? Ответ на этот вопрос мы находим в преамбуле Закона № 1382. В ней заявлено: “Настоящий Закон в соответствии с Конституцией Украины регулирует отношения, связанные со свободой передвижения и свободным выбором места проживания в Украине, которые гарантируются Конституцией Украины и закреплены во Всеобщей декларации прав человека, Международном пакте о гражданских и политических правах, Конвенции о защите прав человека и основных свобод и протоколах к ней, в иных международных актах, а также определяет порядок реализации свободы передвижения и свободного выбора места проживания и устанавливает случаи их ограничения”.
То есть, институт регистрации места проживания является составной частью отношений, связанных со свободным выбором места проживания. Границы указанных отношений одновременно являются и пределами, за которые не может выходить Закон № 1382. А для того, чтобы, как говорится, и ежу было понятно, законодатель в ч. 2 ст. 2 этого Закона подчеркнул: “Регистрация места проживания или места пребывания лица либо ее отсутствие не могут быть условием реализации его прав и свобод, предусмотренных Конституцией, законами или международными договорами Украины, либо основанием для их ограничений”.
Яснее, наверное, трудно сказать.
“Обуржуазенный” Жилищный кодекс
Украинской ССР
Законом Украины от 06.05.1993 г. № 3187-ХП были внесены существенные изменения в Жилищный кодекс Украинской ССР (далее - ЖКУ). Так, в ст. 4 ЖКУ вместо личной собственности граждан и индивидуального жилищного фонда появилось право частной собственности и частный жилищный фонд. А глава 6 ЖКУ “Пользование жилищными помещениями в домах (квартирах) частного жилищного фонда” вообще подверглась кардинальной переработке, о чем можно судить, проведя сравнение старой и новой редакции, ключевой для главы 6 ст. 150.
Прежняя редакция: “Граждане, имеющие в личной собственности жилой дом (часть дома), пользуются им для личного проживания и проживания членов их семей. Они вправе вселять в дом других граждан, а также отдавать его внаем на условиях и в порядке, устанавливаемых законодательством Союза ССР, настоящим Кодексом и иными актами законодательства Украинской ССР.
Предельный размер жилого дома (части дома), принадлежащего гражданину на праве личной собственности, устанавливается Гражданским кодексом Украинской ССР”.
Новая редакция: “Граждане, имеющие в частной собственности дом (часть дома), квартиру, пользуются им (ею) для личного проживания и проживания членов их семей и имеют право распоряжаться этой собственностью по своему желанию: продавать, дарить, завещать, сдавать в аренду, обменивать, закладывать, совершать иные не запрещенные законом сделки”.
Как видим, личная собственность на жилой дом мало в чем походила на право частной собственности: продать свою “собственность” или использовать ее в качестве залога для получения кредита советский собственник не мог. А вот в новой редакции ст. 150 ЖКУ мы уже обнаруживаем полноценную частную собственность на жилой дом, часть дома, квартиру.
Правда, в 1993 году еще сильны были “социалистические” традиции. Поэтому “обуржуазнивание” ЖКУ проходило выборочно. Местами оставались явно советские нормы в той же здорово перелопаченной главе 6 ЖКУ. Например, в ст. 152 “Порядок проведения переоборудования и перепланировки жилищного дома (квартиры), которые принадлежат гражданину” записана норма, противоречащая самому понятию “частная собственность”. Вот она: “Переоборудование и перепланировка жилищного дома (квартиры), принадлежащего гражданину на праве частной собственности, проводится с разрешения исполнительного комитета местного совета народных депутатов”. Это все равно, что “зашивать дыру на собственных штанах можно лишь с разрешения исполкома местного совета” (хорошо хоть не с разрешения Верховной Рады!).
Правильнее было бы ввести совсем иную норму, например, такую: “Во избежание возможных аварий собственник дома, части дома, квартиры, производящий капитальный ремонт и/или перепланировку, обязан согласовать проект переоборудования или перепланировки со специалистами архитектурно-технической комиссии”. При такой формулировке право частной собственности не ограничивается и в то же время проект переоборудования в обязательном порядке предстанет пред “ясны очи” экспертов.
Очевидно, по причине все той же советской заботы “о всех сирых и убогих” в новой редакции ст. 170 сохранилась следующая норма: “При переходе права собственности на жилой дом (часть дома, квартиру), в котором находится сданное внаем жилое помещение, к иному лицу договор найма сохраняет силу до окончания указанного в нем срока”. А в ч. 2 ст. 168 добавлено: “Досрочный разрыв найма жилого помещения по инициативе наймодателя возможен лишь с согласия нанимателя”. Выходит, что продавец собственного дома, части дома либо квартиры может легко “обвести вокруг пальца” покупателя (вначале заключит договор найма с собственной женой этак лет на сто, а потом по договору купли-продажи получит с наивного покупателя полноценные десятки или сотни тысяч долларов; в итоге получится, что новый собственник так и не сможет воспользоваться приобретенной собственностью до конца дней своих, в то время как прежний собственник преспокойно будет проживать “в гостях у своей супруги”).
Это - один из тех “подводных камней”, которыми риэлтеры пугают наивных клиентов, обосновывая необходимость покупать жилье “только через агентство недвижимости”. Мол, в ЖКУ есть такие нормы, по которым покупатель может оказаться в дураках (отдаст деньги, но не станет полноценным собственником).
Однако не так страшен черт, как его малюют. Судебная практика давно уже нашла выход из подобных положений. Но об этом немного позже.
Собственник - это звучит гордо
Если проследить историю становления института собственности в нашем государстве, можно отметить следующее: ЖКУ остался полусовет-ским-полубуржуазным, а вот Закон Украины “О собственности” - уже практически полностью “буржуазным”*. В его преамбуле есть поразительная для 1991 года фраза: “Целью настоящего Закона является обеспечение свободного экономического самоопределения граждан”. Ни больше ни меньше. А целый ряд других норм Закона складывается в своеобразный гимн частной собственности и собственнику.
Судите сами: “Право собственности в Украине охраняется законом” (п. 2 ст. 2 Закона № 697); “Каждый гражданин в Украине имеет право владеть, пользоваться и распоряжаться имуществом лично либо совместно с другими” (п. 3. ст. 2); “Собственник имеет право осуществлять со своим имуществом любые действия, не противоречащие закону” (п. 2 ст. 4).
Более того, Судебная палата по гражданским делам Верховного Суда Украины в своем постановлении от 6 ноября 2002 года указала на то, что “в соответствии с постановлением Верховной Рады Украинской ССР от 26 марта 1991 г. № 885-ХП “О введении в действие Закона Украинской ССР “О собственности” действующие акты законодательства Украинской ССР применяются, если они не противоречат настоящему Закону”.
Другими словами, Закон “О собственности” по приоритету выше, чем тот же Жилищный кодекс Украины. Стало быть, вместе с таким “возвышением” в статусе фактически произошло и “возвышение” всех собственников, включая частных.
А Гражданский кодекс Украины подводит под право частной и иной собственности просто гранитное основание: “Право собственности является незыблемым. Никто не может быть противоправно лишен этого права или ограничен в его осуществлении” (п. 1 ст. 321, которая и озаглавлена весьма символически “Незыблемость права собственности”). Чувствуете металл в голосе законодателя? Сказал - как отрезал. На века.
Можно ли новому собственнику выселить
члена семьи бывшего собственника,
продолжающего проживать в квартире,
перешедшей в его собственность?
Теперь мы обратимся к судебной практике. Именно здесь происходит процесс непосредственного применения действующего законодательства к конкретным житейским ситуациям. И хоть у нас непрецедентная система права, тем не менее прецеденты играют довольно значительную роль. Ведь поскольку у нас гражданское судопроизводство осуществляется на принципах состязательности сторон (п. 1 ст. 10 Гражданского процессуального кодекса Украины), то обе состязающиеся стороны стремятся максимально использовать действующее законодательство в свою пользу. Тем самым они вместе с судом еще и еще раз уясняют букву и дух законодательства и еще и еще раз утверждают нормы действующего законодательства в качестве эталонов при разрешении тех или иных житейских проблем.
Сейчас мы рассмотрим уже цитировавшееся постановление Судебной палаты по гражданским делам Верховного Суда Украины от 6 ноября 2002 года (выдержки из него опубликованы в издании “Решения Верховного Суда Украины”, 2003 г.). В нем изложена весьма похожая ситуация на ту, которая нами приводилась в конце раздела “Обуржуазненный” Жилищный кодекс Украинской ССР”.
Суть дела. Некий гражданин К. (покупатель спорной квартиры) 27 июня 2001 г. обратился в Киевский районный суд Харькова с иском к Л. К., Л. М., третьему лицу - Л. Л. (продавец квартиры) о выселении и возмещении материального ущерба. В своем иске истец (гражданин К.) указал, что в соответствии с нотариально удостоверенным договором купли-продажи он купил у гражданки Л.Л. квартиру. После чего Л. Л. и ее сын выселились и выписались из квартиры (тогда еще существовал институт прописки, но сейчас регистрация места проживания играет практически ту же роль).
Но в проданной квартире осталась проживать бывшая жена сына (то бишь бывшая невестка продавца квартиры - гражданки Л. Л.) с двумя детьми. Поскольку ответчики (Л. К. и Л. М.) отказались освободить принадлежащую истцу квартиру, а иного жилья он не имеет, он и попросил Киевский районный суд удовлетворить его иск и возместить моральный ущерб в сумме 20 тыс. грн.
Киевский районный суд Харькова, рассмотрев обстоятельства дела, согласился с доводами гражданина К. (покупателя и нового собственника оспариваемой квартиры) и 2 октября 2001 года удовлетворил требование о выселении. Однако в удовлетворении заявленных требований о возмещении материального ущерба отказал. Пожалуй, было принято соломоново решение. Выселить женщину с двумя детьми - значит и без того поставить ее в тяжелую житейскую ситуацию. “Нагрузить” ее еще и обязательством выплатить 20 тыс. грн - это уже чересчур. (Видимо, суд учел то обстоятельство, что она не является миллионером).
Однако история на этом не заканчивается.
Апелляционный суд Харьковской области принял сторону обиженной женщины с двумя детьми и 27 ноября 2001 года указанное решение Киевского райсуда отменил и постановил - отказать К. (добросовестному покупателю и частному собственнику квартиры) в удовлетворении его иска о выселении.
Но К. с таким решением не согласился.
В кассационной жалобе представитель истца в деле Т. (очевидно, неглупый адвокат, нанятый гражданином К.), сославшись на нарушение апелляционным судом норм материального и процессуального права, попросил решение апелляционного суда отменить и оставить в силе решение Киевского райсуда г. Харькова.
Гражданину К. помог и гражданин Л. Л. (продавец оспариваемой квартиры). Он тоже в кассационной жалобе попросил отменить решение апелляционного суда, естественно, со ссылкой на нарушение норм материального права.
И вот “хэппи энд”: Судебная палата по гражданским делам Верховного Суда Украины удовлетворила эти обе жалобы. Законный частный собственник приобретенной квартиры победил.
Однако нас интересует не только результат этой драматической истории. Нам еще необходимо выяснить аргументацию такого решения. А она следующая.
В соответствии с положениями п. 2 ст. 48 Закона Украины “О собственности” собственник может требовать устранения любых нарушений его права, хотя эти нарушения и не были связаны с лишением владения. То есть, Судебная палата по гражданским делам Верховного Суда Украины отмела в сторону свои чувства (выселять женщину с двумя детьми, безусловно, морально тяжело для судей - они ведь тоже люди, и сердце у них болит) и стала руководствоваться строго буквой Закона. Любое нарушение права собственника должно быть устранено - вот в чем суть права собственности, которое незыблемо согласно п. 1 ст. 321 Гражданского кодекса Украины.
Разумеется, суд установил, что истец в определенном законодательством порядке купил спорную квартиру у собственника Л. Л. А ответчики в деле являются лишь бывшими членами семьи собственника. Отсюда сделан весьма важный вывод: поскольку права членов семьи бывшего собственника являются производными от прав собственника, то вместе с прекращением для собственника права собственности на жилое помещение члены его семьи также утрачивают право пользования этим помещением.
По мнению Судебной палаты по гражданским делам Верховного Суда Украины, Киевский районный суд, удовлетворяя исковые требования в части выселения ответчиков, обоснованно исходил из положений ст. 48 Закона.
В то время как “апелляционный суд, отменяя решение первой инстанции и отказывая в иске о выселении, ошибочно применил к спорным правоотношениям ст. 156, 170 ЖКУ, поскольку в соответствии с постановлением Верховной Рады Украинской ССР от 26.03.1991 г. № 885-ХП “О введении в действие Закона Украинской ССР “О собственности” действующие акты законодательства Украинской ССР применяются, если они не противоречат настоящему Закону”.
Такое решение Судебной палаты по гражданским делам Верховного Суда Украины без преувеличения можно назвать революционным. Оно утверждает приоритет частной собственности.
Юридические подробности прецедента
Дабы уяснить суть столь революционного решения Судебной палаты по гражданским делам Верховного Суда Украины, нам необходимо ознакомиться с содержанием ст. 156 и 170 “полусоветского” Жилищного кодекса Украины.
“Статья 156. Права и обязанности членов семьи собственника жилищного дома (квартиры).
Члены семьи собственника жилищного дома (квартиры), проживающие вместе с ним в доме (квартире), ему принадлежащем, пользуются жилищным помещением на равне с собственником дома (квартиры), если при их вселении не было иного соглашения о порядке пользования этим помещением.
По согласию собственника дома (квартиры) член его семьи вправе вселять в занимаемое им жилищное помещение иных членов семьи. На вселение к родителям их несовершеннолетних детей согласия собственника не нужно.
Члены семьи собственника дома обязаны заботливо относиться к жилому дому (квартире). Совершеннолетние члены семьи собственника обязаны принимать участие в расходах по содержанию дома (квартиры) и придомовой территории и проведении ремонта. Споры между собственником и членами его семьи о размере участия в расходах разрешаются в судебном порядке.
К членам семьи собственника дома (квартиры) относятся лица, указанные в ч.2 ст. 64 настоящего Кодекса. Прекращение семейных отношений с собственником дома (квартиры) не лишает их права пользования занимаемым помещением. В случае отсутствия соглашения между собственником дома (квартиры) и бывшим членом его семьи о бесплатном пользовании жилым помещением к этим отношениям применяются правила, установленные статьей 162 настоящего Кодекса”.
Для полного понимания мышления законодателя в 1991 году приведем и эти две статьи ЖКУ - ст. 64 (точнее, ее ч. 2 ради экономии места) и ст. 162.
Часть 2 статьи 64: “К членам семьи нанимателя принадлежат супруга нанимателя, их дети и родители. Членами семьи нанимателя могу т быть признаны и иные лица, если они постоянно проживают вместе с нанимателем и ведут с ним совместное хозяйство”. Как видим, тогда, в 1991 году, законодатель больше оперировал понятием “наниматель”, чем термином “собственник”. Оно и понятно: в то время еще большая часть населения жила в наемных квартирах.
Попутно укажем еще и на норму ст. 156, которая гласит, что совершеннолетние члены семьи собственника обязаны принимать участие в расходах по содержанию дома. Это пример еще советского мышления. Такая обязанность излишня. Ведь у собственника есть власть - он обладает правом разрешать либо запрещать кому бы то ни было пользоваться его собственностью (домом, квартирой). А коль так, то это уже его право - требовать от собственных совершеннолетних родственников средства на содержание его собственности или не требовать.
Но вернемся к рассмотрению подробностей юридического прецедента.
Ст. 162 ЖКУ имеет название “Плата за пользование жилищным помещением и за коммунальные услуги в доме (квартире), принадлежащем гражданину”.
“Плата за пользование жилищным помещением в доме (квартире), принадлежащем гражданину на праве частной собственности, устанавливается соглашением сторон.
Плата за коммунальные услуги взимается помимо квартирной платы по утвержденным в установленном порядке тарифам.
Сроки внесения квартирной платы и платы за коммунальные услуги определяются по соглашению сторон. Наниматель обязан своевременно вносить квартирную плату и плату за коммунальные услуги”.
В этой статье очень важна ч. 1, которая фактически устанавливает право частного собственника на получение платы за пользование его домом или квартирой. Вот почему рассмотренная нами выше формулировка ст. 156 об обязанности совершеннолетних членов семьи собственника участвовать в содержании его собственности из лишня. Между собственником и членами его семьи достаточно соглашения (устного или письменного - неважно, если дело не дойдет до судебного разбирательства).
Наконец приводим содержание ст. 170 ЖКУ “Действие договора найма жилого помещения при переходе права собственности на жилой дом (квартиру) к иному лицу”.
“При переходе права собственности на жилой дом (часть дома, квартиру), в котором находится сданное внаем жилое помещение, к иному лицу договор найма сохраняет силу до окончания указанного в нем срока.
Если договор найма заключен без указания срока, новый собственник дома (квартиры) вправе требовать его расторжения в случаях и в порядке, предусмотренных ст. 168 настоящего Кодекса”.
Как уже было сказано, благодаря формулировкам этой статьи, право нанимателя так защищено, что частный собственник оказывается не у дел: его право собственности фактически ущемлено - он может годами и десятилетиями ожидать, пока срочный договор найма, заключенный с предыдущим собственником, истечет. Благо, если у него есть другое жилье. А если нет?
И вот своим решением Судебная палата по гражданским делам Верховного Суда Украины 6 ноября 2002 года фактически отменила действие приведенных выше норм еще наполовину советского Жилищного кодекса Украины и четко установила приоритет норм Закона “О собственности”, которые утверждают незыблемость права частной собственности.
Отныне собственник всегда прав.
Моральная сторона дела
Действительно, выселение женщины с детьми явно противоречит морали и нравственности. Собственник-то, конечно, “пуп земли”, но как-то не по-человечески - вышвыривать на улицу женщину, имеющую двух детей... Наша душа противится этому. Как быть?
Ну, во-первых, необходимо уяснить всем и каждому новые реалии нашего общества. Собственник действительно имеет особый приоритет и даже власть в отношении своего имущества, а через него и власть над теми, кто пользуется его имуществом.
Следовательно, выстраивая отношения с ним, необходимо исходить из этого факта. В рассматриваемом нами случае собственником квартиры являлась свекровь, а выселению подлежала ее невестка с ее же, по-видимому, внуками (из дела неясно происхождение детей невестки - они могли быть и не родными по крови для сына собственницы и для нее самой).
Формальная причина выселения - продажа квартиры. Фактическая же причина продажи квартиры и выселения, скорее всего, иная - это раскол семьи. Родственники стали врагами. Между ними началась война. В ход пошло все - начиная от словесных оскорблений и заканчивая “тяжелой артиллерией” употребления власти собственника (выразившееся в продаже квартиры).
Теперь самое время вспомнить поговорку “Худой мир лучше доброй ссоры”. Прежде чем открывать “боевые действия”, следует тщательно взвесить имеющиеся ресурсы.
Если перевес явно на стороне “противника”, то разумно ли с ним “задираться”?
Вспомнить нужно и о Семейном кодексе Украины. В нем не случайно предусмотрено заключение брачного контракта. Именно в нем следовало бы прописать все те необходимые защитные меры для будущей жены и ее детей в случае развода (выплата не только алиментов, но и обеспечение жильем либо оплата снимаемой квартиры и т. д.).
Другими словами, современные реалии требуют дальновидной предусмотрительности в своих поступках. Большинство людей поступают прямо противоположным образом - вначале совершают массу ошибок (житейских, семейных, правовых), а потом, попав в тяжелую ситуацию, взывают о помощи. Трудно помогать тому, кто не желает вовремя побеспокоиться о себе.
И еще кое-что о морали. К сожалению, в нашей культуре принято конфликтовать по поводу и без. Судебные “разборки” между родственниками часто являются лишь завершающей стадией войны, вызванной многочисленными и до смешного мелкими конфликтами в прошлом. Вместо стратегии совместного поиска решения той или иной житейской проблемы многие родственники почему-то избирают прямо противоположную стратегию - тотальную войну на уничтожение (дискредитация в глазах окружающих, лишение прав, выселение и т. д.). Такая стратегия непродуктивна. Обе стороны несут огромные “потери”, и даже победитель нередко празднует лишь пиррову победу. Например, в рассматриваемом нами случае свекровь вряд ли можно считать абсолютным победителем. Ведь вышвырнув на улицу невестку путем продажи своей квартиры, она вместе с нею отправила туда же и своих внуков. Да и ее сына вряд ли можно считать счастливым человеком после такой жестокой расправы над своими, пусть и бывшими, но членами семьи.
---------------------------------
* На сегодня утратил свое действие на основании Закона Украины от 27.04.2007 г. № 997-V (прим. ред.).
“Экспресс анализ законодательных и нормативных актов”, № 30 (604), 23 июля 2007 г.
Подписной индекс 40783