Правовые, налоговые и бухгалтерские проблемы
облигационных заимствований
Продолжение. Начало см. консультацию от 16.10.2006 г., 06.11.2006 г.
П. По налогам
В налогообложении операций, связанных с обращением облигаций, полной ясности тоже не наблюдается.
1. Проценты
С обычными облигационными процентами проблем, как правило, не возникает.
Хотя некоторые аналитики полагают, что по таким процентам валовые затраты у эмитента появляются “в момент выплаты”, нам представляется, что общий п/п. 5.5.1 Закона О Прибыли недвусмысленно предписывает относить любые проценты на валовые затраты либо по факту выплаты, либо по факту начисления.
В пользу такого прочтения говорит и специальный п/п. 7.9.3 Закона О Прибыли, где речь идет о периоде, в котором “была осуществлена или должна была осуществиться выплата таких процентов”.
У инвестора (собственника облигаций) проценты пополнят валовой доход на общих основаниях согласно п. 1.21 и п/п. 4.1.4 Закона О Прибыли.
Здесь, конечно, можно посетовать на то, что проценты, начисляемые эмитентом на номинал облигации, родственны процентам кредитно-депозитным, и потому уместно было бы применять принцип отражения доходов по начислению (в соответствии с п/п. 11.3.6 Закона О Прибыли).
Но наша налоговая традиция никогда не руководствовалась приоритетом экономической сущности, стало быть, прибегать к кредитно-депозитным аналогиям собственникам процентных облигаций не следует.
Сейчас, видимо, нужно сделать пару важных оговорок.
До сих пор, говоря об облигационных процентах, мы имели в виду собственно проценты, задекларированные в информации о выпуске облигаций.
Проблема в том, что в реалиях украинского законодательства можно говорить и о процентах в узком смысле слова, и о процентах в широком смысле слова.
Проценты, начисляемые на номинал ценной бумаги, - это проценты в узком смысле слова. Такую категорию использует система общеправового регулирования, то есть Закон “О ценных бумагах и фондовом рынке” (далее - Закон о ЦБ) и подзаконные документы ГКЦБФР*.
Широкое понимание процентов присуще налоговым актам.
Так, например, в п. 1.10 Закона О Прибыли сумма процентов определяется, в частности, путем “выплаты фиксированной премии или выигрыша либо путем определения разности между ценой размещения и ценой погашения такой ценной бумаги (сумма дисконта)”.
Того же курса, похоже, в целом придерживается и Новоподоходный Закон; его п/п. 4.2.12 и 9.2.3 определяют в числе процентов и “дисконтные доходы”**.
Таким образом, при использовании процентной терминологии украинским предприятиям нужно быть осторожными: если, например, условия эмиссии не предусматривают начисления процентов и облигации продаются по цене ниже номинальной, то в понимании Закона О Прибыли такие облигации все равно могут считаться процентными.
Обратим внимание еще на одну особенность Закона О Прибыли. В п. 1.10 дисконтом называется любое отклонение цены размещения облигации от стоимости ее погашения (то есть и то отклонение, которое обычно именуют премией, - превышение цены реализации облигации над ее номиналом). А в п/п. 7.9.3 того же Закона в контексте описания дисконтных ценных бумаг речь идет лишь о балансовых убытках эмитента. Из чего можно сделать вывод о том, что в п/п. 7.9.3 понятие “дисконт” используется только в классическом смысле - как превышение номинала над ценой размещения.
2. Премии
Превышение поступлений от реализации облигаций над их номиналом, вопреки мнению налоговиков, может вообще никогда не попасть в валовые доходы эмитента в силу п/п. 4.1.1 и 7.9.1 Закона О Прибыли.
Хотя осторожные главбухи, скорее всего, предпочтут обложить “вершок” налогом на прибыль.
Легко догадаться, что покупатель облигации будет заинтересован озатратить такие премии в своем налоговом учете.
Налоговики, отказывая в отражении валовых затрат, будут использовать норму п/п. 7.9.2 Закона О Прибыли, гласящую, что на валовые затраты не относятся денежные средства, размещенные плательщиком “путем приобретения облигаций”.
В то же время плательщик не вправе забывать о специальных правилах п/п. 7.6.3 Закона О Прибыли***), который включает в ценнобумажные затраты
“сумму денежных средств или стоимость имущества, уплаченную (начисленную) плательщиком налога продавцу ценных бумаг и деривативов в качестве компенсации их стоимости”.
В такое определение премия, безусловно, вписывается****.
Операция погашения облигации, которая в налоговом законодательстве иногда увязывается с выкупом (см., например, п/п. 7.9.1 Закона О Прибыли*****), думаем, может в определенном смысле рассматриваться как купля-продажа ценной бумаги.
Как бы там ни было, в ценнобумажные доходы инвестора попадут поступления от любых способов отчуждения ценной бумаги (согласно п/п. 7.6.4 Закона О Прибыли).
Из этого следует вывод о том, что премия, выплаченная собственником облигации эмитенту, очутится в убытках от операций с ценными бумагами.
И если вдруг с премией будет реализована целевая облигация, то в учете покупателя облигации сумма премии не будет включена в стоимость товара, которым эмитент в конечном итоге погасит свои обязательства.
Этот факт исключительно неприятен для тех инвесторов, которые собирались реализовывать или амортизировать активы, полученные в погашение облигаций.
3. Дисконты
Второе предложение п/п. 7.9.3 Закона О Прибыли прямо устанавливает правило, согласно которому эмитент относит сумму дисконта в состав валовых затрат в периоде погашения облигаций******. Но касается эта норма только дисконтных ценных бумаг.
Эмитенты, продающие с дисконтом облигации, которые, строго говоря, дисконтными не являются, могут столкнуться с сопротивлением налоговиков (мы уже упоминали о бестолковом разъяснении ГНАУ, изложенном в примере 5 Методических рекомендаций относительно осуществления проверок субъектов хозяйствования, использующих ценные бумаги в финансово-хозяйственной деятельности, и порядка документирования выявленных нарушений налогового законодательства (далее - Методрекомендации), доведенных ее письмом от 23.06.2006 г. № 11927/7/23-1017).
Одно можно сказать уверенно: бороться с формальным толкованием понятия “дисконтная ценная бумага” эмитентам процентных и целевых облигаций будет крайне трудно.
Тем не менее некоторые шансы у смелых плательщиков есть.
Как мы уже говорили, в соответствии с п. 1.10 Закона О Прибыли в налоговое понятие процентов включаются и дисконты. Следовательно, используя общую норму п/п. 5.5.1 и первое предложение п/п. 7.9.3, можно отнести сумму дисконта в состав валовых затрат в периоде осуществления погашения.
Что касается инвестора, приобретающего облигацию с дисконтом, то у него зеркальная проблема: нужно ли относить сумму дисконта в состав валовых доходов.
С одной стороны, общие нормы п. 1.21 и п/п. 4.1.4 Закона О Прибыли заставляют относить все проценты в состав валового дохода. В подтверждение этого налоговики могут использовать и положение абз. 4 ч. 3 ст. 7 Закона о ЦБ, где речь идет о “доходе (дисконте) по облигации”.
Когда должны быть отражены такие доходы?
При использовании спецалгоритмов п/п. 7.6.1 Закона О Прибыли дисконт вылезет в составе валовых доходов как разность между доходами и затратами по операциям с ценными бумагами при погашении облигаций.
Для смельчаков, стремящихся избежать отражения дисконтного дохода, пригодится разве что специальное положение абз. 3 п/п. 7.9.1, разрешающее не включать в состав валовых доходов денежные средства, “привлеченные <...> путем погашения облигаций”.
Здесь нужно заметить, что в контексте такого разрешения абз. 3 п/п. 7.9.1 Закона О Прибыли использует категорию “возврат основной суммы”.
Формально говоря, собственно “вернуть” инвестору можно только ту сумму, которую он вложил в ЦБ. Поэтому выплату “вершка” вряд ли можно назвать возвратом. Но если все так просто (не включается в доход лишь то, что изначально вкладывалось), зачем законодателю понадобилось уточнять категорию “основная сумма”?
Многие специалисты отождествляют “основную сумму” с номиналом облигаций.
Но это не совсем так. Пункт 7.9 Закона О Прибыли “номинал” вообще не упоминает.
В п/п. 7.9.2 говорится: “Под термином “основная сумма” следует понимать сумму предоставленного кредита или депозита (срочных, доверительных счетов) без учета процентов (фиксированных выплат, премий, выигрышей), сумму консолидированного ипотечного долга в части, соответствующей цене обязательства”.
И если дисконт попадает в понятие “проценты”, то это дает налоговикам основания для невключения в состав валовых доходов сумм погашения только в пределах цены продажи облигации.
Таким фискальным поползновениям можно попробовать противопоставить следующие аргументы.
Во-первых, в громоздком тексте п/п. 7.9.1 прямая связь между “основной суммой” и “погашением облигаций” не просматривается*******.
Во-вторых, “основная сумма” по тексту данного подпункта крепко приклеена к “депозиту (вкладу)”, коим облигационный заем точно не является.
И в-третьих - в самом определении “основная сумма” (см. п/п. 7.9.2) в скобках после слова “процентов” дисконт не фигурирует. Даже если предположить, что здесь законодатель использовал понятие “проценты” в широком разумении (то есть вместе с дисконтами), зачем тогда было еще раз упоминать в скобках “премии и выигрыши”?
Значит, можно прийти к заключению, что в определении “основная сумма” под собственно процентами подразумеваются только те проценты, которые начисляются на номинал.
Если и эти доводы на алчных налоговиков не повлияют, то инвестор может обратиться к п. 1.1 Положения № 322, где погашение облигаций определено как
“выплата номинальной стоимости облигаций в сроки, предусмотренные условиями эмиссии облигаций”.
Определение из п. 1.1 проекта Положения о порядке выпуска облигаций предприятий (далее - Проект)******** выдержано в том же духе: “погашение облигаций - выплата номинальной стоимости облигации или предоставление товаров (услуг) в сроки, предусмотренные условиями эмиссии облигаций”.
Следовательно, привлечение средств “путем погашения облигаций” не должно включаться в валовой доход инвестора в сумме номинала.
Что касается инвесторов-физлиц, то в силу п/п. 4.2.12 и 9.2.3 Новоподоходного Закона они сталкиваются с необходимостью начисления НДФЛ. Причем не по “процентной” ставке 5 % (в п. 7.2 данного Закона облигационные дисконты не лезут), а по общей ставке 13(15) %.
4. Выкуп-перепродажа
В операциях с облигациями многоразового использования у эмитента возникает проблема применимости обычных “облигационных” норм Закона О Прибыли.
Норма п/п. 4.1.1 Закона О Прибыли не относит в валовые доходы поступления, в частности, от “операций по их (ценных бумаг) первичному выпуску (размещению)”.
В свое время смелые плательщики находили аргументы в пользу распространения этой нормы и на операции выкупа-перепродажи. С последними корректировками ценнобумажного законодательства ситуация изменилась.
Если предположить, что категория “первичный выпуск” из Закона О Прибыли как-то коррелирует с понятием “первичный собственник”, то можно построить следующую цепочку умозаключений.
Положение № 322 называем размещением облигаций
“отчуждение облигаций эмитентом или андеррайтером первичным собственникам облигаций путем заключения гражданско-правовых соглашений в течение срока, определенного в условиях выпуска облигаций в качестве срока размещения”.
Первичным собственником Положение № 322 называет “лицо, получившее непосредственно у эмитента или андеррайтера облигации в собственность”.
В статье 1 Закона о ЦБ дано определение не первичного, а первого собственника: “первый собственник- лицо, получившее ценные бумаги в собственность непосредственно у эмитента (или у лица, выдавшего ценную бумагу) либо андеррайтера при размещении ценных бумаг”.
На это же определение ссылается и п. 1.1 Проекта.
Анализируя приведенные дефиниции, можно прийти к выводу о том, что в принципе льготироваться может не только первая продажа ценной бумаги.
Лицо, приобретающее у эмитента ценные бумаги, которые до этого были эмитентом выкуплены, тоже считается первичным (первым) собственником - просто из-за того, что продавцом ценной бумаги является ее эмитент.
Однако нужно заметить, что льготирование привязано не только к “первичности” собственника, но и к периоду размещения.
В соответствии с ч. 7 ст. 7 Закона о ЦБ обращение облигаций возможно лишь после окончания их размещения. То есть выкуп и перепродажа облигаций возможны только за пределами периода размещения. На этом Проект акцентирует особое внимание (см. п/п. 2.4.5, 3.1.4.9, 4.1.4.8).
Следовательно, эмитент, перепродающий ранее выкупленные облигации, не сможет защититься п/п. 4.1.1 Закона О Прибыли. Против эмитента в этом случае будет и ч. 2 ст. 8 Закона о ЦБ, называющая поступление от продажи облигаций доходом.
Что будет, если эмитент-торговец обратится к спецнормам п. 7.9 Закона О Прибыли?
Согласно п/п. 7.9.1 в валовой доход не включается сумма денежных средств, привлеченных путем эмиссии (выпуска) облигаций.
В соответствии со ст. 1 Закона о ЦБ: “эмиссия - установленная законодательством последовательность действий эмитента относительно выпуска и размещения эмиссионных ценных бумаг”*********.
Если под “последовательностью” понимать алгоритм, предложенный в ст. 28 Закона о ЦБ, то уже вторую продажу выкупленной облигации эмиссией не назовешь.
Однако в распоряжении эмитента остается льгота для “выпуска” облигаций.
Закон о ЦБ определяет выпуск ценных бумаг как совокупность ценных бумаг одного эмитента, одной номинальной стоимости и формы выпуска, с одним и тем же идентификационным номером, одинаковыми правами собственников.
Это очень напоминает определение из Положения № 322: “выпуск облигаций - зарегистрированная в установленном порядке совокупность облигаций одного эмитента с одним государственным регистрационным номером, которые могут иметь разные условия эмиссии, но предоставляют их собственникам одинаковые права”.
Как видим, под выпуском подразумевается не сам процесс реализации, а массив однородных облигаций - независимо от характера сделок с ними.
Поэтому выпуском, наверное, можно называть и перепродажные операции эмитента.
Тогда, казалось бы, нормы п/п. 7.9.1 Закона О Прибыли позволяют не включать в валовой доход поступления от перепродажи облигаций.
Но не следует забывать, что в Законе О Прибыли есть еще один специальный пунктик - 7.6.
Согласно последнему абзацу п/п. 7.6.1 пункт 7.6 не распространяется только на “операции по эмиссии” и “обратному выкупу или погашению”.
Как мы только что выяснили, вторая (и все последующие) продажа облигаций в определение эмиссии наверняка не впишется.
Следовательно, при реализации выкупленных облигаций эмитенту придется руководствоваться спечнор-мами п. 7.6, тогда как на операции выкупа этот пункт не распространяется.
Выходит, высок риск того, что эмитент при спекуляциях с собственными облигациями может остаться с ценнобумажными доходами, но без ценнобумажных затрат.
И весьма сомнительно, чтобы налоговики бескровно позволили включить затраты на выкуп собственных облигаций в обычные валовые затраты.
Если эмитент не прочь использовать положения п. 7.6, то, защищая свои ценнобумажные затраты на этапе выкупа, он может прибегнуть к помощи письма ГНАУ от 15.01.2003 г. № 322/6/15-131, где налогообложение выкупных операций недвусмысленно привязано к п. 7.6 Закона О Прибыли**********.
В общем, эмитентам, оперирующим на вторичном рынке своих облигаций, при разборках с налоговиками надо будет расхлебывать коллизию специальных норм. И несложно предположить, что борьба между п. 7.9 и 7.6 будет ожесточенной.
К тому же, когда выкуп облигации происходит по цене ниже номинальной, необходимо учитывать такую рекомендацию ГНАУ:
“Если выкуп ценных бумаг происходит по цене меньше номинальной, разница включается в состав валового дохода в соответствии с п/п. 4.1.6 п. 4.1 ст. 4 Закона № 334/94***********”.
5. НДС
Закон об НДС бережно хранит облигационное обращение от прожорливого налога на добавленную стоимость.
Первым форпостом на пути налога на добавленную стоимость выступает общеизвестный п/п. 3.2.1 Закона об НДС, льготирующий операции по “выпуску (эмиссии), размещению в любой форме управления и продаже (погашению, выкупу) за денежные средства ценных бумаг, выпущенных в обращение (эмитированных) субъектами предпринимательской деятельности”.
На этапе эмиссии облигаций иной формы оплаты, кроме денежной, быть не может, так как определение облигации, приведенное в ч. 1 ст. 7 Закона о ЦБ, прямо предусматривает внесение ее собственником денег.
Вторая твердыня, защищающая облигационные сделки от налога на добавленную стоимость,- п/п. 3.2.4 Закона об НДС, льготирующий обращение валютных ценностей************.
В операциях выкупа и перепродажи могут пригодиться также положения п/п. 3.2.5 и 3.2.7 Закона об НДС, выводящие из состава налогооблагаемых операций сделки по торговле долговыми обязательствами и услуги по торговле ценными бумагами.
Но вся эта громоздкая фортификация Закона об НДС не помешала ГНАУ в письме, отвечавшем на запрос одного из эмитентов целевых облигаций по поводу даты начисления НДС, прямодушно заявить, что “при осуществлении данной операции налоговые обязательства определяются на дату осуществления первого события (получения средств на производство товара в обмен на выпущенные облигации)”.
То есть ГНАУ целевые облигации ценными бумагами не считает вообще.
Поскольку речь в упомянутом письме идет об НДС со стоимости товара, то выходит, что ГНАУрассматривает продажу целевых облигаций как обычную предоплату. То есть фактически налоговики исходят из приоритета экономического содержания над юридической (ценнобумажной) формой целевых облигаций.
6. Продажа-поставка-погашение
Одним из уязвимых мест обращения целевых облигаций является поставка товаров (работ и услуг), которой погашается облигационное обязательство.
С экономической точки зрения происходит зачет задолженностей. Своего рода бартер. Точнее - покрытие финансовых обязательств натурой.
И вряд ли взвешенный подход позволит настаивать на том, что при передаче активов собственнику облигации не происходит продажа-поставка с соответствующим начислением налоговых обязательств.
Учитывая этот факт, специалисты, комментируя, например, сделки со стройоблигациями, справедливо констатируют, что “бумаги должны продаваться по номинальной стоимости, равной цене недвижимости (с начисленным на нее НДС)”.
Вот, правда, не все ясно с “ценой недвижимости”.
Какова должна быть стоимость целевой ценной бумаги, удостоверяющей отношения займа?
Особенно этот вопрос актуален для целей начисления НДС, за базу обложения которым принята договорная цена, но не ниже обычной.
Если целевые облигации изначально продавать по номиналу, равному рыночной стоимости недвижимости, то какой дурак их купит?
Рыночные субъекты ныне руководствуются здравым меркантилизмом.
Проиллюстрируем на примере самых распространенных целевых облигаций - жилищно-строительных.
Предположим, дом строится два года.
Операторы рынка и потребители предполагают, что к концу строительства реальная стоимость квадратного метра в данном конкретном месте составит 7 500 грн.
Купят ли они сегодня у застройщика за 7 500 грн облигацию номиналом 7 500 грн, дающую право на приобретение 1 кв. м жилья?
Конечно нет.
Зачем платить сегодня 7 500 грн, если через два года можно будет за 1 кв. м готового жилья заплатить ту же сумму?
А за 7 000 грн такую облигацию сегодня купят?
Чтобы ответить на последний вопрос, инвестор прикинет стоимость денег во времени, ориентируясь как на ценовую динамику жилищного рынка, так и на альтернативную возможность вложения свободных средств, скажем, на банковский депозит.
Инвестор, покупающий целевую облигацию, как и все субъекты капиталистического рынка, ищет свою выгоду.
Если абстрагироваться от варианта начисления процентов по целевым облигациям*************, то теоретически выгода покупателя может проявляться в следующих формах:
- продажа с дисконтом облигации по номиналу, равному рыночной стоимости жилья**************,
- продажа облигации по номиналу ниже реальной рыночной стоимости жилья.
Возможны и комбинированные схемы.
Например, облигации выпускаются по номиналу, близкому к себестоимости строительства. На начальных этапах строительства их продают по номиналу, а по мере того как объект приобретает зримые черты, цена реализации растет, материализуясь в премии эмитента***************.
Занимая деньги застройщику, собственник облигации рассчитывает получить эффект в виде выигрыша от разницы цены товара на момент внесения средств и на момент окончания строительства. Это, по сути, те же проценты за ссуженные деньги.
Поэтому абсолютно несостоятельны безграмотные заявления некоторых налоговиков, настаивающих на том, что номинал целевой облигации должен соответствовать рыночной цене товара на момент погашения, и при этом облигация должна продаваться без отклонений от номинала.
Такого при капитализме не бывает.
Время, как известно, деньги. Предоставляя на определенное время заем застройщику, инвестор должен получить квартиру на условиях более выгодных, чем обычные покупатели готовых квартир.
А это значит, что приобретатель облигации рассчитывает на то, что заплатит за нее меньше, чем будет стоить тот товар, который собственник облигации получит при погашении облигации****************.
Таким образом, претензии налоговиков к эмитенту по поводу “обычности” цен недвижимости при облигационном погашении практически неизбежны.
На наш взгляд, ничего страшного в этом нет.
Обоснованием “обычности” уровня “облигационных” цен недвижимости должен стать п/п. 1.20.2 Закона О Прибыли, подчеркивающий, что определение обычной цены должно производиться “в сопоставимых условиях”*****************.
Следовательно, совершенно бессмысленно сравнивать цены на квартиры (даже если они абсолютно идентичны по физическим параметрам и переходят в собственность потребителей одновременно), которые продаются готовыми за деньги и которые реализуются собственникам облигаций, фактически финансировавшим застройщика в период сооружения объекта.
При анализе “обычности” цены логично было бы учитывать не только форму расчета (денежная или облигационная), но и периоды размещения облигаций.
Совершенно очевидно, что чем раньше продана облигация, тем продолжительнее время заимствования средств, и, значит, тем ниже уровень обычной цены активов, которыми погашается облигационная задолженность******************. Ценовая разница должна удовлетворять кредитора.
Неплохую службу здесь может сослужить публичное объявление цен на активы, реализуемые в обмен на погашение облигаций, размещенных в разное время (п/п. 1.20.3 Закона О Прибыли).
Мы отдаем себе отчет в том, что “обычные” пререкания с представителями ГНС не обойдутся без потери нервов, времени и прочих ресурсов. Так как в большинстве случаев налоговики действуют довольно бесцеремонно: берут рыночную (на дату продажи) цену готового жилья, которое продается за деньги, и сравнивают ее с “облигационной” стоимостью квадратных метров.
Но при этом мы не считаем, что проблема обычности “облигационных” цен является непреодолимым препятствием для бизнеса, который финансируется целевыми ценнобумажными заимствованиями.
Окончание (ч. III) следует.
______________________
* В определении облигации предприятия (см. п. 1.1 Положения о порядке выпуска облигаций, утвержденного решением ГКЦБФР от 17.07.2003 г. № 322 (далее - Положение № 322)) такие проценты названы фиксированными.
** Впрочем, с учетом конструкции п. 7.2 данного Закона дисконтные доходы собственно процентными не являются.
*** Согласно последнему абзацу п/п. 7.6.1 Закона О Прибыли нормы ценнобумажного п. 7.6 не распространяются только на эмитента. Сам же факт того, что законодатель сделал эту спецоговорку для эмитентов, на наш взгляд, свидетельствует, что покупатели облигаций должны использовать положения этого пункта на общих основаниях. А значит, и “обратный выкуп”, и “погашение” являются для собственника облигации продажей ценной бумаги.
**** Правда, некоторую тревогу вызывает письмо ГНАУ от 27.06.2006 г. № 12081/7/15-0517, в котором говорится, что отражение стоимости ЦБ по п. 7.6 производится без учета процентов. (Премии же при буквальном прочтении п. 1.10 Закона О Прибыли процентами являются.) Вместе с тем отметим, что данное письмо касалось только процентных ценных бумаг.
***** Хотя нормативная конструкция “погашение (выкуп)” не обязательно свидетельствует о том, что “погашение” = “выкуп”. И формулировка последнего абзаца п/п. 7.6.1 Закона О Прибыли (“обратный выкуп или погашение”) скорее говорит о близости, но не о тождественности этих понятий.
****** Вообще говоря, в п/п. 7.9.3 почему-то речь идет не о дисконте как таковом, а о “балансовых убытках от размещения” дисконтных ценных бумаг. Полагаем, что под этими убытками все же понимается сумма дисконта. Обращение к бухгалтерскому балансу вряд ли даст рациональный результат, поскольку в бухгалтерском учете никаких убытков по дисконту у эмитента непосредственно не возникает.
******* Формулировка “в том числе” может быть отнесена к разным частям текста законоположения.
******** См. его на сайте ГКЦБФР ssmsc.gov.ua.
********* Важно отметить, что Положение № 322 определяет эмиссию иначе:
“эмиссия облигаций (серия) - совокупность облигаций одного эмитента, предоставляющих их собственникам одинаковые права и имеющих одинаковые условия размещения, обращения, выплаты дохода и погашения”.
********** Заметим, что это письмо было написано тогда, когда уже вступила в силу новая редакция п/п. 7.6.1, не распространяющая действие п. 7.6 на операции по обратному выкупу.
*********** То есть Закона О Прибыли. См. п. 2.8 Методрекомендаций.
************ В соответствии со ст. 1 Декрета КМУ “О системе валютного регулирования и валютного контроля” облигации представляют собой разновидность валютных ценностей.
************* Проспект эмиссии целевых облигаций, предусматривающий начисление процентов, могут просто зарубить в ГКЦБФР.
************** Имейте в виду, что п. 1.7 Проекта продажу в процессе размещения каких-либо целевых и процентных облигаций по цене ниже номинальной стоимости не допускает.
*************** Юристы не исключают возможности появления разницы между курсовой и номинальной стоимостью целевых облигаций.
**************** Именно поэтому в упоминавшемся письме ГНАУ, направленном в адрес одного из эмитентов целевых облигаций, говорится, что
“при обмене целевой облигации на соответствующий товар согласно условиям размещения такой облигации базой для начисления налога с доходов физических лиц является разность между фактической (рыночной) стоимостью такого товара на момент его передачи и номинальной стоимостью данной целевой облигации. Рассчитанный таким образом доход облагается налогом по ставке, определенной в пункте 7.1 статьи 7 Закона Украины “О налоге с доходов физических лиц” (13 %)”.
***************** Ясно, что такую “сопоставимость” нужно анализировать на дату возникновения налоговых обязательств, которые, по нашему мнению, должны возникать по факту передачи недвижимости собственнику облигаций.
****************** Правда, такие условия не очень сочетаются с определением выпуска ценных бумаг, приведенным в ст. 1 Закона о ЦБ. Согласно ему одним из критериев идентификации выпуска является обеспечение собственникам ценных бумаг одинаковых прав “независимо от времени приобретения и размещения на фондовом рынке”.
“Бухгалтер” № 40, октябрь (IV) 2006 г.
Подписной индекс 74201